"Бодрствуйте о жизни вашей: да не погаснут светильники ваши. Часто сходитесь вместе, исследуя то, что полезно душам вашим"Дидахе
Пятница, 12.08.2022, 08:15
Приветствую Вас Гость | RSSГлавная | Регистрация | Вход
Меню сайта
Категории раздела
Библеистика [8] Толкование НЗ [66]
Толкование Евангелия [52] Толкование Апостола [8]
Размышления [11] Толкование Ветхого Завета [33]
Экзегетика [4] Текстология НЗ [8]
Текстология ВЗ [5] Археология [2]
Исагогика [3] Толкование Апокалипсиса [12]
Комментарий к Марку [15] Комментарий к Матфею [3]
Комментарий к Луке и Деяниям [1] Комментарий к посланиям [5]
Толкования отцов Церкви [3] Толкования святых [2]
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Телефон
Задать вопрос можно по телефону:

Поиск

Поделиться этой страницей:

Главная » Статьи » Библеистика » Библеистика

Сорокин. Комментарий на Апокалипсис

В.В.СОРОКИН

КОММЕНТАРИЙ НА КНИГУ

ОТКРОВЕНИЕ СВЯТОГО ИОАННА БОГОСЛОВА

 

 

 

Личность св. Иоанна Богослова — одна из самых загадочных среди священнописателей. Человек мистически исключительно одарённый, он оказался в числе первых учеников  Иисуса  вместе со св. апостолом Андреем, а затем самым близким Его учеником. Если верно, как полагают, что св. апостол Иоанн Богослов был прежде встречи с Иисусом учеником Иоанна Крестителя, то можно предполагать связь его, как и его первого учителя, с движением «эссеним», т.е. ессеев, а среди них всегда активно культивиро­валась определенная духовно-мистическая практика в основном экстатического порядка. Во всяком случае, Апокалипсис — типично пророческое видение экстатического плана, и это роднит духовно св. Иоанна Богослова с такими великими пророками древности, как Илия, Исайя и Иезекииль. Истолкование его всегда сталки­валось с известными трудностями, прежде всего потому, что чаще всего предполагается линейное развитие событий в видении, как это характерно для пророческих видений Завета. Между тем в среде ессеев особое значение приобрела мистико-аскетическая концепция духовного восхождения, приближения к Богу, как Источнику всякого откровения. Апокалипсис вполне соответствует этой традиции; духовное восхождение св. Иоанна Богослова имеет три ступени, о которых он сам свидетельствует совершенно недвусмысленно (Откр. 1:10; ср. Откр. 4:1-2; символика двери вполне прозрачна и характерна для ессейской мистики; ср. Откр. 11:19; явление небесного ковчега означает следующую ступень откровения, качественно иную по сравнению с предшествующей). Разумеется, с разных духовно точек зрения одни и те же события могут восприниматься различно несоответственно, выражаться другим символическим рядом.

 

Первое восхождение.     Видение Христа во славе

 

Первое восхождение описывается тем традиционным выра­жением «я был в духе», которое используют пророки Ветхого Завета, говоря о пребывании в состоянии экстаза (Откр. 1:10).

 

63

-----------------------------------------

 

Откровение начинается с видения Иисуса Христа, восседающего на Престоле (Откр. 1:12-16), Который предстает в образе Не­бесного Первосвященника, облаченного в священническую одежду (Откр. 1:13). Семь церквей и семь Ангелов церквей, пребывающих «в деснице» Спасителя (Откр. 1:16; ср. Откр. 1:20), означают полноту Церкви Христовой, обнимающей собою весь мир — число 7 в каббалистической числовой символике означает полноту раскрытия космоса или духовного мира. Семь Ангелов в этом случае, очевидно, должны означать полноту откровения, данного Христом Своей Церкви.

 

Откровение семи церквам

 

Откровение, данное Спасителем семи поместным церквам через Иоанна Богослова (Откр. 2-3), имеет, разумеется, и тот конкретный духовный смысл, который ясен сегодня нам и, можно думать, был более ясен во времена, когда было дано откровение. Но есть в этом послании и более глубокий духовный смысл, связанный с самой его структурой. На первый взгляд, порядок, в котором перечисляются семь церквей, кажется свободным; между тем в нём есть своя духовная закономерность. Прежде всего, обращает на себя внимание возрастание меры духовной благо­датной полноты тем, кто сохранит верность: первым посылается благодать (Откр. 2:7; «древо жизни» символизирует благодать); вторым обещано спасение («не потерпят вреда от второй смерти» (Откр. 2:11; означает обещание оправдания на Страшном Суде); третьим·— особая мера благодати («манна» и «белый камень» с «новым именем» (Откр. 2:17) означает полноту благодатного преображения души); четвертым — особое духовное служение в Царствии Небесном и духовную власть над миром в этой жизни (Откр. 2:26-28; «звезда утренняя» означает особую духовную судьбу);  пятым обещаны святость   (Откр. 3:5; «белые одежды» символизируют преображенное тело);  шестым — особое место среди святых в Царствии Божием  (Откр. 3:12; об этих избранных святых говорится символически как о столпах Небесного Иеру­салима); седьмым — такая мера духовной близости к Богу и полноты пребывания во Христе, которая сейчас для нас совер­шенно непредставима (Откр. 3:20-21). Одновременно возрастает и мера нечестия, присутствующая в каждой из церквей: от почти полного духовного благополучия при внешнем гонении (Откр. 2:1-7) до такого состояния, когда в церкви, кажется, уже не осталось, при всем внешнем благополучии, ни одного достойного

64

------------------------------------

 

(Откр. 3:14-22). Такая последовательность напоминает нам об иерархическом духовном устроении Церкви Христовой не только на земле, но и на небе: обретающих благодать много, спасающих душу меньше, ещё меньше святых и пребывающих на пути к святости (обретающих «белый камень» и «звезду утреннюю»), а избранных святых — единицы; зато претендующих на каждый из этих уровней среди христиан множество, но именно эта не­состоятельная претензия и отделяет претендующих от Христа и Его Церкви, хотя бы они к Ней и принадлежали.

 

Второе восхождение. Престол Божий и Агнец

 

Второе восхождение символически выражено дверью, откры­той на небо, которою входит св. Иоанн Богослов (Откр. 4:1); духовно это второе восхождение, очевидно, переживается подобно первому и определяется священнописателем тем же выражением «я был в духе», как и первое восхождение (Откр. 4:2; ср. Откр. 1:10). После этого второго восхождения св. Иоанну Богослову открывается Престол Божий, который доводилось созерцать и пророкам Ветхого Завета (Откр. 4:2-5;  ср.  Ис. 6:1-4:

В год смерти царя Озии видел я Господа, сидящего на престоле высоком и превознёсенном, и края риз Его наполняли весь храм.

2 Вокруг Него стояли Серафимы; у каждого из них по шести крыл: двумя закрывал каждый лице своё, и двумя закрывал ноги свои, и двумя летал.

3 И взывали они друг ко другу и говорили:

   Свят, Свят, Свят Господь Саваоф!

   Вся земля полна славы Его!

4 И поколебались верхи врат от гласа восклицающих, и дом наполнился курениями.

 

см.   Иез. 1:22-25).

Здесь, у Престола Божия, и открываются священнописателю конечные судьбы мира. «Животные», которых он видит, очевидно, те же, которые видит у Престола Божия Иезекииль (Откр. 4:6-8; ср. Иез. 1:5-14). Двадцать четыре старца, предстоящие Престолу Божию (Откр. 4:4) — избранные святые, предстоящие Богу; число их символично (12x2=24): число 12 выражает в Св. Писании полноту народа Божия; возможно, это те столпы Небесного Иерусалима, о которых упоминает Иисус в послании Филадель­фийской церкви (Откр. 3:12). Семь духов Божиих выражают символически полноту ангельского мира (Откр. 4:5; ср. Откр. 11:16). Стеклянное море, подобное кристаллу, символизирует мир стихий, смиряющийся перед Богом, свидетельством чего и является неподвижность «моря» (Откр. 4:6). Ангелы, святые и вся природа участвуют в прославлении Бога (Откр. 4:8-11). Книга, которую держит Сидящий на Престоле (Откр. 5:1), означает Богом сотворенный космос. Языческая метафизика (в т.ч. в Египте) с давних времен смотрела на мир как на книгу, законы же космоса виделись при этом как символы-иероглифы, оставленные в ней Демиургом. Священнописателю полнота сотворенного Богом космоса открывается в виде книги, запечатанной семью печатями. Печать была в древнем мире символом нерушимости закона или царского распоряжения; сорвать печать, распечатать письмо значило ис-

65

-------------------------------

 

полнить закон или отменить его.  «Печати», полагаемые Богом на космос в момент творения, — это Его определения о том, каковы должны быть законы этого мира. «Печатей» этих семь — по числу «дней творения», что отражает завершенность космоса как тво­рения в глазах Божиих. «Снять» эти «печати» (Откр. 5:2) — значит изменить мир так, что прежние определения Божий о нем перестанут действовать, т.е. преобразить его. Этого, разумеется, не может сделать никто, кроме Самого Спасителя (Откр. 5:3-5), Который предстает здесь в виде Агнца, закланного за грехи мира (Откр. 5:6).   Семь ангельских  духов символизируются теперь семью очами, а семь рогов означают полноту власти над миром, т.к. рог в Св. Писании — символ силы и власти (ср. Откр. 1:17). Взяв книгу, Спаситель берет отныне судьбу мира в Свои руки; прекращается естественное развитие истории, и начинается эсха­тологическая эпоха (Откр. 5:7). Эпоха эта начинается с самого момента Боговоп лощения; для ветхозаветных пророков это уже — «последние времена», как и для первых христиан. О начале этой эпохи свидетельствует прославление Христа всеми, кто славит Бога-Отца (Откр. 5:8-14). «Снятие   печатей», разумеется, не означает немедленной катастрофы; но все происходящее в мире с этого момента начинает иметь непосредственное отношение к духовному миру и к метайстории. Когда будет «снята первая печать», мы не можем сказать, как не можем ничего сказать и о дате Второго Пришествия Христова; ясно лишь, что каждый день промедле­ния —  это милость Божия.

Первая печать

«Снятие» «первой печати» знаменует появление всадника на белом коне (Откр. 6:1-2). Всадник в Св. Писании служит символом царской власти, земного царства; соответственно, появляющиеся один за другим всадники знаменуют собою смену эпох, имеющих ту или иную духовную наполненность. Белый цвет в Св. Писа­нии — символ чистоты и святости;  Христос предстает иногда в виде всадника на белом коне (Откр. 19:11). Все это говорит о том, что «снятие первой печати» будет означать начало эпохи духовного торжества христианства в мире. Из этого вовсе не следует, что Церковь станет в мире господствующей и все станут христианами; также не следует делать выводы о внешнем бла­гополучии в эту эпоху. Речь идет скорее именно о духовном расцвете Церкви, когда сияние Её святости, возможно, снова станет столь же ярким, как в первохристианские времена. Некоторые

66

----------------------------------------

I

христианские мистики смешивают это время с тысячелетним Царством Христовым (ср. Откр. 20:4-6), между тем как оно есть, в сущности, не начало его, а завершение, ибо началось это Царство в день крестной смерти Спасителя с воскресением первых святых (Мф. 27:52). Сколько продлится эта эпоха — неизвестно, как неизвестна продолжительность и всех других апокалиптических эпох, и само время Страшного Суда.

Вторая печать

«Снятие второй печати» знаменует появление всадника на рыжем коне — символа новой эпохи, эпохи всемирных войн и нестроений (Откр. 6:3-4). Вероятно, мир, в очередной раз отвер­гнув открывшийся ему свет Христов, погрузится в пучину все­ленской смуты, сопровождаемой участившимися стихийными бедствиями. Это, по-видимому, и есть «глады, моры и землетря­сения по местам», обещанные Спасителем в конце времен  (Мф. 24:7-8). Тогда же, вероятно, начнутся и гонения на Церковь — предвестие антихристова гонения (Мф. 24:9-14). В известном смысле, всякое смутное время в истории являет собою прообраз этой последней смуты, но в конце времен она, по-видимому, должна стать всемирной. Это вовсе не обязательно должна быть, как иногда думают, мировая война; локальные вялотекущие войны могут быть духовно даже более губительны, т.к. мировая война начинается и заканчивается обычно при жизни одного поколения, а т.н. «малые войны» могут тянуться десятилетиями, так, что появляются на свет поколения людей, с самого детства невидевшие в своей жизни ничего, кроме войны и смуты. Но такая вселенская смута, разумеется, не может продолжаться бесконечно.

Третья печать

После «снятия третьей печати» появляется всадник на вороном коне с мерою в руке (Откр. 6:5-6). Вороной конь противопоставлен белому: если белый цвет — символ облагодатствованности, то черный означает совершенную безблагодатность той эпохи, ко­торую олицетворяет собой всадник с мерой в руке. Очевидно, мир и порядок на земле будет им восстановлен, и править будет всем миром — безблагодатная, антидуховная по своей сути цивили­зация охватит всю планету. Весьма вероятно, что на Земле будет тогда лишь один правитель, и режим его правления будет вполне тоталитарным. Разумеется, любой тоталитарный режим несёт в

67

----------------------------------------

 

себе нечто от антихриста; но предстоящая эпоха, очевидно, превзойдёт в этом смысле всё достигнутое. Из этого вовсе не следует, что люди будут гибнуть исключительно от террора властей — современная цивилизация даже при вполне демокра­тическом внешне устройстве вполне может подчинить себе человека социально и психологически — «мягкий террор» окружения и «общественного мнения» оказывается порой эффективнее террора государственного. Не исключено, что суперцивилизация после­дних времен будет использовать оба этих рычага. О совершенной её безблагодатности говорит запрещение прикасаться к хлебу и вину, олицетворяющим в Св. Писании благодать (Откр. 6:5-6). В тексте Апокалипсиса есть также косвенные указания на развитие в последние времена магии и магических средств воздействия на психику человека (Откр. 13:12-15). Такое сочетание техники и магии, возможно, сделает контроль над человеком совершенно тотальным, так что всякий, желающий сохранить духовную независимость, будет оказываться вне общества и, очевидно, преследоваться (Откр. 13:16).

Четвёртая печать

«Снятие четвёртой печати» означает явление в мир антихриста (Откр. 6:7-8). Конь «бледный», т.е. бесцветный, означает беска­чественность наступившей эпохи с точки зрения метаистории: антихрист находится вне Истории как провиденциального процес­са; это — воплощение духа тьмы, устремленного в небытие. Не исключено, что внешне антихрист придёт к власти вполне «зем­ным» способом; но в конце концов он непременно проявит свою сатанинскую суть, вероятнее всего, введя некую обязательную для всех квазирелигию, в центре которой будет стоять он сам (Откр. 13:5-8). «Четвертая часть земли» (Откр. 6:8) означает, вероятно, частичную подчиненность природы (через её извращение) власти антихриста (число 4 в каббалистической символике означает сти­хийные начала; «четвертая часть» обозначает частичную их вов­леченность в антихристов замысел о завоевании власти над миром).

Пятая печать

«Снятие пятой печати» означает исполнение той меры святости и — одновременно — той меры зла, которая должна исполниться к концу времен (Откр. 6:9-11). Каждый век Церковь являет миру новых святых, число которых все время растет. Очевидно, число

------------------

68

 

их должно особенно возрасти за счет тех, кто примет мученическую кончину во время последнего великого гонения на Церковь (не исключено, что оно начнется ещё до явления в мир антихриста, но при нём наверное усилится).

Шестая печать

«Снятие шестой печати» означает начало преображения мира (Откр. 6:12-17). Изменяется сама физическая природа, и это со­провождается неизбежным катаклизмом. Земля как бы выключа­ется в этот момент из того пространственно-временного континуу­ма, который Бог сотворил в «четвертый день». Наступает великий покой, когда одновременно раскрываются и Небеса, и бездна (Откр. 7:1-2). В этот момент духовный выбор каждого уже сделан, и Господь духовно отделяет Своих святых (Откр. 7:3). Число 144000 (Откр. 7:4), разумеется, символическое (12000x12=144000, ср. Откр. 7:5- 8): оно означает число святых Вселенской Церкви (сыны Израилевы — духовно — символизируют Церковь; тысяча в Св. Писании символически обозначает полноту). В этот последний миг исторического бытия мира открывают для себя Христа и многие святые, не принадлежащие к «народу израильскому», т.е. к Цер­кви; из них многие, очевидно, были убиты за правду Божию, как они понимали её во времена последнего гонения, и теперь они пребывают со Христом вместе с теми, кто с самого начала принад­лежал к Церкви Христовой (Откр. 7:9-17).

Седьмая печать

«Снятие седьмой печати» (Откр. 8:1-6) завершает процесс преображения мира. Великое безмолвие (Откр. 8:1) и ожидание ангелов (Откр. 8:2) сменяется приготовлением к тому последнему в истории духовному действию, которое должно завершить собою процесс преображения мира и которое символически открывается священнописателю как звук ангельских труб (Откр. 8:6). Пока­зательно, что в этом действии таинственно участвуют молитвы святых, являющие собою род духовного фимиама (Откр. 8:3-4).

 

Семь труб ангельских

 

Ангельские трубы означают обычно в Св. Писании голос Божий, и семь труб ангельских Апокалипсиса (Откр. 8:7-11) означают то последнее преображение мира, после которого он,

69

--------------------------

 

уже обновленный, становится частью иного, духовного, порядка вещей (о символике числа 7 было сказано выше). Но это духовное измерение бытия откроется священнописателю позже, пока же он видит лишь конец земной  истории.   Видение небесного храма (Откр. 11:19) и является знамением этого конца: Небо открылось, и  мир  восшёл туда.   Само  же преображение  ассоциируется  у священнописателя с огнем (Откр. 8:7-8; 8:10; 9:1), который в Библии (как и в добиблейской мифологической традиции) счи­тается символом обновления и очищения. Упоминание о гибели третьей части природы (Откр. 8:7; 8:9; 8:11-12) и человечества (Откр. 9:18) также имеет символический смысл. Число 9 сим­волизировало в древней языческой метафизике принцип формы как активного начала, организующего косную субстанцию; упо­минание в философских и  мифологических текстах древности триады означает обычно формообразование. Соответственно, раз­рушение триады означает либо возвращение космоса (или его части) в состояние хаоса,  либо его преображение.   Возможно, священнописатель использует ту же символику, желая подчерк­нуть, что конец мира — это не просто космическая катастрофа, но именно преображение. В процессе этого преображения неиз­бежно затрагивается в какой-то момент и адская бездна (Откр. 9:1-2), которой не остается места в творении Божием и которая, вероятно, переходит в некую ирреальную форму бытия, стремя­щегося к абсолютному небытию и никогда его не достигающего, — в «озеро огненное»  (Откр.  20:1020:15).  В это время в мир вторгаются темные духи, принимающие вид хтонических существ (Откр. 9:3-10; 9:17-19), которые ещё в языческие времена служили символом низшего, подземного, акосмического начала. Священ­нописатель подтверждает это (Откр. 9:11), прямо говоря о сатане. Очевидно, встреча с этими духами в конце мира неизбежна для всех, кому придется тогда жить, прежде всего потому, что ангелы стихий   «освобождаются»   (Откр.   9:13-15;   ср.   Откр.   7:1), — природное начало, доселе ограждавшее нас отчасти от действия темных сил, разрушаясь, перестаёт быть преградой для демонов (нечто подобное, очевидно, происходит при разрушении нашего тела в момент физической смерти — оттого-то в посмертии нас неизбежно ожидают мытарства); но страшна она прежде всего тем, кто уже раньше сделал свой духовный выбор, отвернувшись от Бога (Откр. 9:4-5). Показательно, что в этом случае никакие страдания уже не ведут к покаянию, хотя, судя по словам свя­щеннописателя, страдания очень велики, а покаяние в принципе ещё возможно, но в силу известного духовного состояния уже

 

70

--------------------

недоступно (Откр. 9:20-21; ср. Откр. 9:6). Вероятно, начинается уподобление отступивших от Бога духам тьмы — как бы некое антипреображение.

 

седьмая тру­ба

 

Завершает преображение мира «седьмая тру­ба» (Откр.  11:15-19) —  время Страшного Суда (Откр.  11:18) и явления миру Царства Божия в полноте и силе (Откр. 11:19).

 

Далее часть 2

Категория: Библеистика | Добавил: didahe (23.07.2022)
Просмотров: 28 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar
Форма входа
Поиск

Фото

Блог